Михаил Мишустин подписал постановление кабмина об утверждении Правил локализации производства семян сельскохозяйственных растений на территории РФ — они будут действовать с этого года по новому закону
Локальные семена. Правила «русификации» вступят в силу с 1 сентября
Доля иностранцев в совместных предприятиях не сможет превышать 49%
Михаил Мишустин подписал постановление кабмина об утверждении Правил локализации производства семян сельскохозяйственных растений на территории РФ — они будут действовать с этого года по новому закону «О семеноводстве». Журнал поле.рф рассказывает, какие условия будут действовать в области селекции и семеноводства и что по этому поводу думают участники рынка.
Под локализацией производства подразумевается получение сорта или гибрида сельскохозяйственного растения, а также выращивание семян — включая их подготовку к посеву, посев, уход за сельскохозяйственными растениями, уборку семян сельскохозяйственных растений, их обработку, выращивание сеянцев, саженцев и выкапывание сельскохозяйственных растений.
Установлена обязанность российских организаций, ИП, организаций с иностранным участием и иностранных предпринимателей ежегодно до 1 марта предоставлять в федеральную государственную информационную систему в области семеноводства (ФГИС «Семеноводство») план по организации локализации производства семян сельскохозяйственных растений на территории РФ. При этом доля нерезидентов в совместных предприятиях должна быть не более 49%. До 1 июля Минсельхоз должен ежегодно формировать план локализации и размещать на своем сайте.
Постановлениевступает в силу 1 сентября 2023 года, срок его действия определен до 1 сентября 2029 года.
Игорь Лобач, президент Ассоциации производителей семян кукурузы и масличных культур:
— Касательно вопроса о локализации. Это ведь по сути процесс, направленный на прекращение практики выкачивания значительных средств из отечественного АПК, до сих пор отправляемых за рубеж при приобретении иностранных семян. Этим в ущерб своей селекции, в ущерб своей продовольственной безопасности способствуем развитию зарубежной селекции. Мы давно говорили о том, что должны быть определены какие-то правила работы иностранных компаний на отечественном рынке. В конце 2010-х был период, когда всего за 3 года площадь под участками гибридизации кукурузы зарубежных производителей в России увеличилась более чем в пять раз — с 5 тыс. гектаров до 28 тыс. гектаров. То есть они просто перенесли сюда часть своего производства, создав сложную ситуацию по части пространственной изоляции для отечественных компаний. В перспективе это могло привести не только к критически опасному увеличению доли иностранной селекции на рынке семян РФ, но и к ликвидации отечественной селекции и семеноводства кукурузы. Поэтому государство и обратило более пристальное внимание на защиту своего рынка. Отсюда же появились и правила локализации, и предложения по квотированию ввоза. При этом не ставится вопрос об изгнании с рынка иностранных компаний, просто устанавливаются требования к их деятельности, стимулирующие к работе над совместными селекционными программами, позволяющими в результате обеспечить импортонезависимость российского АПК в условиях любых изменений — как политических, так и эпидемиологических. А жизнь показывает, что это жизненно важно.
Кстати, правила устанавливают требования не только к зарубежным, но и к отечественным компаниям. Первое — обязательное сотрудничество с профильным институтом (однако благодаря предложенным нами поправкам теперь это может быть любой институт, не только селекционной направленности). Второе — обязанность ежегодно предоставлять план производства. Заметьте — не утверждать, не согласовывать, а просто предоставлять. После изначального неприятия этого нововведения пришло понимание, что государству нужен какой-то механизм, который сможет прогнозировать ситуацию с наличием и доступностью тех или иных семян как минимум в ближайшей перспективе.
Да, пока в правилах остаются не вполне понятные моменты. Например, как теперь будут создаваться совместные предприятия, какова будет внутрикорпоративная процедура, каков будет статус полученных гибридов и т.д. Но, повторюсь, в целом они имеют право на жизнь.
Николай Бенко, генеральный директор компании «Агроплазма» (Краснодарский край):
— Если говорить конкретно о правилах локализации, то здесь есть как положительные, так и отрицательные стороны. Положительные — в том, что действительно надо дать возможность развития отечественной селекции за счет ограничения импорта и внутреннего производства иностранных компаний в России. По некоторым культурам, которыми занимаюсь и я (подсолнечник, кукуруза. — Прим. ред.), сложилась такая ситуация, что чуть ли не 70% еще не так давно составляли иностранные семена. Некоторые меры, предпринимаемые Минсельхозом, способствуют улучшению ситуации на наших полях с точки зрения развития отечественных селекционных компаний.
Я сам был инициатором идеи квотирования ввоза семян некоторых культур Россию, и высказывал ее в министерстве еще лет пять-шесть назад. Тогда это было не совсем понято, сейчас к этому пониманию пришли. Реальная конкуренция отечественных семенных компаний с мировыми лидерами производства семян на равных условиях невозможна: уровень их финансовых возможностей отличается на несколько порядков. Если мы хотим, чтобы имели возможность развиваться отечественные селекционные программы, в частности производства семян, то жесткие меры ограничений на сами компании должны быть. Поэтому некоторые вещи в этом законе («О семеноводстве». — Прим. ред.) я приветствую: это квотирование ввоза, а также некоторые вопросы возможности производства в России семян, которые будут считаться реально отечественными, в отличие от импортных, или, скорее, семян зарубежной селекции.
Однако, мне кажется, закон содержит и перегибы. В частности, это требование обязательного сотрудничества всех компаний, работающих на семенном рынке, с государственными учреждениями науки, с институтами. Если я самодостаточен — зачем мне это? Мне придется заработанные деньги тратить не на собственное развитие, а на поддержание этих учреждений, которые и так финансируются государством. Также, занимаясь селекционной работой, я обязан буду сотрудничать с учреждением, занимающимся молекулярно-генетическими исследованиями. Я 50 лет работаю в области селекции, и знаю, что некоторые селекционные программы такого участия не требуют, оно в них не нужно. При том, что я сам сторонник использования прогрессивных методов — это нужно делать, но не стоит государству заставлять это делать.
Еще один момент — согласно правилам локализации, учреждение, занимающееся семенным бизнесом, должно иметь собственную землю, причем не менее, чем в двух локациях. С теми культурами, которыми я занимаюсь, собственные земли не позволят мне обеспечить мое производство. Потому что есть особенности технологии. Например, мы можем сеять по подсолнечнику только через 5–7 лет, плюс требования пространственной изоляции. Я произвожу семена подсолнечника на площади 3 тыс. гектаров, и, чтобы обеспечить такую площадь посевов, мне, с учетом требований пространственной изоляции и севооборота, необходимо владеть на порядок большими площадями. Это невозможно, поэтому мы заключаем договоры, арендуем землю, применяем еще какие-то механизмы, но это не наша собственность.
И еще, об иностранных компаниях — они тоже сейчас находятся в состоянии неопределенности. Теперь нормативная база требует для тех игроков, которые хотят работать в России, создания совместных предприятий. Как это возможно, если со стороны отечественного возможны капиталовложения в 1 млрд рублей, а со стороны иностранного партнера — 1 млрд долларов, не совсем понятно. Возможно, условия для работы иностранных компаний в России стоит все-таки упростить. Конечно, ограничения нужны, и преференции для отечественных компаний — тоже, но, возможно, они не должны быть настолько жесткими.
Источник заимствования: https://xn--e1alid.xn--p1ai/journal/publication/2224